PLIM

Почиму японцы лошадей не воруют, Сказка

1 сообщение в этой теме

Стырено

предупреждение: мого букофф

Посреди широкой дороги стоял и чесал загривок – русский богатырь Илья Муромец.

- И де мы вчера были, и де мы коня-боевога-друга праибали, от видь пианая скатина, де ж мой коник, - на богатырских глазах навернулись слезы.

Навстречу сентиментально настороеному богатырю шел странного вида человек, одетый в какой-то балахон, с мечом на поясе.

- Узбек, - падумал Илья.

- Алкаголик нах, - падумал идущий.

- И здрасте братским народам, - забыв о пропаже, прогорланил богатырь.

- И здрасте гадским папам, - процедил сквозь зубы незнакомец.

- Э, э, ты че бадаешься?

- Эта я так здороваюсь, – подыхивая перегаром, обьяснил путник.

- Ни совсем уловил, вы аткуда будити и куда в канечном итоги, путь держити, ик..

- Пазвольте, представиться – самурай его императорского величества – Маци, муци, моцо, мацото, ну одним словом, можно звать – Мото, а вас простите, как?

- Меня Илья, очинь приятно, ик …. можа отметим, так скать, стыковку, - детина надолго задумался, но так и не придумал, стыковку чего с чем, надо отметить, вместо этого он спросил: - А че эта у вас, дяденька, пальцив малехо не хватаит, топором никак брились, ик, гыыыгыг.

- Это, обычай такой - не сдержал клятвы, режь себе палец, такие законы.

- Видать, не раз ты самурай, проотвечался, ну да ладно, пойдем в кабак, выпьем пивка, заодно поспрашаю насчет коня своиво.

- Дайте подумать… я, пожалуй, не против.

Пройдя с версту в полном молчании и думая каждый свою думу, воины пришли к сараюшке, которая, как пояснил Илья, является местным увеселительным заведением,

остановив попытки самурая разуться на входе, Илья впихнул Мото в кабак.

В помещении неважно пахло, освещение оставляло желать лучшего, за несколькими

деревянными столиками сидели местные пьяницы, в углу играл гусляр.

Усадив Мото за свободный стол, Илья направился к дородной барышне, видимо, хозяйке заведения.

- Ой, Пелагея Батьковна, как ваше драгоценное, а я вот к вам гостя привел, таджик

неразумный, по степи мыкался, с жажды пагибал, спас я его горымычного, и сразу

к вам, показать диковинку, пивка бы нам.

- Ты, Илюша, хоть лешего приведи, а понимать должен - деньги вперед.

- Ну што ж ты, мать родная, губишь в цвете лет, пролей нектар – трубы гарят, ик.

- Последний раз... алкоголик, ище забулдыг с собой тянет, - шипела как змея «родная мать».

- Понял, исправлюсь, на будущий год схожу к кузнецу, курс лечения пройду, ик, новым

человеком стану, женюсь на вас, вот, о чем эт я, а может к пифку так же бражки добавите, борща каково-нить, ик, кстати лошадку беспризорную не видали?

Обрадованная нежданно свалившимся женихом и увлеченная перспективой выбиться из оскорбительного сообщества – старых, незамужних девушек – Пелагея распорядилась

обслужить клиентов по полной.

- Ну вот, как бишь тебя, а да точно, Мото, можно типерь и того, всмысле выпить, эй,

скрипач на крышке, завязуй колыбельные брынчать, сыграй чо-нить наше, богатырское.

Гусляр кивнул и забрынчал нечто еще более печальное. Выпив кружку браги, Илья

Поинтересовался: - И каким ветром в нашу сторонушку вас, прастите, занесло?

- Как-то к нам в Осаку прибыл бродячий цирк, - начал трагичную историю самурай, - ну клоуны там, акробатки, я и подумал, почему бы не совместить приятное с полезным, не сходить на представление, а затем, познакомившись с контингентом, выпить и соответственно подарить счастье какой-нибудь гимнастке, как смотрел - помню, как заходил в гримерку – помню, дальше провал, очухался в Тамбове, на хую шишка, денег нет, сабля в жопе, вот так три года мыкаюсь по Руси, но мне так никто и не смог обьяснить, каким таким образом я сюда попал, и в какой стороне Родина.

- Да, кувыркнула тебя жизнь, ну давай штоль по второй, - за второй споро протекла третья, после восьмой беседа собутыльников приобрела весьма доверительный характер.

- Ты, друг мой Мото, есть самый что ни на есть лучший мужик на свете... уважаю я тебя очень... вот только не знаю, чем тебе помочь, брат мой горееемычный, - Илюшина

речь сорвалась на безутешные рыданья, и он уткнулся головой в свой пудовый кулак.

- Мне бы только узнать в каком направлении Япония, очень я соскучился по соплеменникам, особенно по соплеменницам, ах, как хочется, Илюша, пофтыкать на

Фудзияму, нюхнуть цветущую сакуру, соорудить экибану, помыть пятки в Японском море.

- Да вот там твоя Ипония, - пробурчал Илья указал пальцем на северную стену кабака, конечно же он не знал где находится Япония, кто таков - Фудзияма, просто он очень хотел чем-нибудь порадовать, столь дорогого его сердцу Мото.

- Ты так меня обрадовал, Илья, дай я тебя поцелую, наливай родимый, что ж ты молчал.

- Дык не хотел, чтоб ты самодепортировался, - обрадовался, сотворивший счастье японцу, Илья.

- Гейшу мне, немедленно, - орал японский товарищ.

- Две давай, - вторил ему Илья совершенно не представляя, что есть гейша.

Выходя из кабака, друзья наткнулись на худое животное, с грустными, как у спаниеля,

глазами, которое, судя по выражению печальной морды, совершенно не разделяло радости увидевшего его Ильи, животное, предположительно, было конем: - Нашелся, роднинький, прости меня, дубового, покинул я тебя, побросил на долю тяжкую, - далее слышны были продолжительные всхлипы, чмоканья, заверенья в искренней любви и расскаяньи.

Японский бродяга, притомившись наблюдать столь трогательную и умилительную сцену воссоединения богатыря со своим транспортом, предложил по этому поводу пропустить еще по ковшику браги и закусить пивом, на что получил одобрительный хлопок по спине.

- Фрося, тьфу ты, Пелагея, подай ище браги, праздновать будем, гуляем до упаду, – в

глазах гуляки потемнело, полумрак ресторации осветился гроздями ярких звездочек.

- На тебе, гуляка, привыкай к семейной жизни, - бескомпромиссно заявила Пелагея, пряча увесистую скалку под сарафан.

Гусляр играл марш.

Очухался Илья Муромец – вечером, ни японца, ни коня рядом не было.

- Вот ведь сука, турок цыганский, увел коня, падлюка, найду - выверну наизнанку, ну берегись, Мото – хуето, будет тебе, черт ускоглазый, хреновато.

Черный от злости, Илья побрел в произвольном направлении в поисках угонщика.

Самурай тем временем скакал в направлении Таджикской границы - довольный своей

смекалкой, он размышлял, удастся ли ему поменять коня на какую-нибудь шлюпку.

На границе вел боевой дозор славный русский богатырь номер два – Добрыня Никитич,

он сидел в сторожке и ковырял в носу, тем временем как Мото галопировал в его направлении. Решив поинтересоваться, верной дорогой ли он движется, японец спешился.

- Здравия желаю защитникам границ и хранителям спокойствия, - войдя на пост, сказал

японец и поклонился.

Бдительный богатырь, чуть не упал от неожиданности с табуретки: - Мать твою так, стучать ведь надо, от узбек неразумный, оставишь ведь Россию без надежды и оплота.

- Простите, исправлюсь, подскажите уважаемый, верным ли курсом я движусь, относительно Японии.

Взгляд богатырский на минуту помутнел, была не раз почесана репа, после чего последовало афторитетное заявление: - Я так разумею, что да.

- Огромное спасибо, ах, да не найдется ли у вас овса в долг, коня покормить, а то боюсь

не дойдет он до побережья – издохнет, что будет весьма прискорбно, а весной я вам все отдам.

- В долг не дам, а вот на зубочистку твою поменяться можно, - указывая на японскую саблю, сказал Добрыня.

- Это не зубочистка, это катана… договорились, живодер.

Выйдя из сторожки и было уж направившись за овсом, Добрыня признал в запыханом животном коня своего коллеги, Ильи.

- Опа, да у нас тут, сдается мне, незаконный вывоз из страны ворованных зверушек имеет место быть. Признавайся гаденыш, пошто коника у камрада увел,- схватив самурая за ухо спрашивал Добрыня: - Извини, но прийдется тебя наказать по всей строгости закона.

- А че собссна происходит... отпустите, дяденька… не виноватая я.

В окресностях заставы были на много верст вокруг слышны крики.

- Уважаемый, эту катану сделал великий мастер – Хаджиморо сан – может не стоит произведение исскуства - и в зад, это, в конце концов, оскорбительно!

- Молчи, конокрад, такие у нас законы, кто с саблей к нам прийдет, тот, стало быть, ее куда надо и получит.

- Я больше не буду, не надо... ааааааааааааа!

- Конечно, не будешь, гыыг.

Глаза лошадки удивленно округлились :icon_eek .

P.S

С тех пор японцы не воруют лошадей и не ходят в цирк, а замрут на одном месте, сожмут очко и созерцают камни.

©bitalik

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас